Кино > Интервью > подробно

Интервью

Контракт сочиняльщика

Как всякого композитора в нашей стране, если его фамилия не Шуберт, но, скажем, Дунаевский, Антона Батагова широкая публика не знает. Но в отличие от многих других композиторов творчество Батагова широкой публике известно. И что ни говори о низменной и третьесортной природе экрана, благодаря именно ему. Работа с режиссером Дыховичным и НТВ вывели фамилию Батагова из узкого круга профессионалов и музыколюбов. Хотя, как ни странно, не сделали его ни кино-, ни телекомпозитором. Он был и остается композитором просто. Хотя для творческих людей данного поколения подобное уклонение от принадлежности - вещь вполне обыденная. Никакой принадлежности, кроме принадлежности к своим ощущениям, опыту и, как следствие, к своей музыке. И все. Достаточно.


Антону тридцать три года. Когда-то его знали как молодого, талантливого пианиста - он получил приз на Конкурсе Чайковского, много гастролировал, записал компакт-диски с музыкой Мессиана, Баха, Равеля. Постепенно, впрочем, он пришел к европейскому и американскому авангарду, минимализму. Двойной альбом с "Искусством фуги" Баха произвел в академической среде фурор: не изменив ни одной ноты, Антон смог сыграть каноническое и очень сложное произведение совершенно по-своему.


Но год от года Антон играл все больше и больше своей музыки. Первый его сольный альбом по мотивам произведений Даниила Хармса "Я долго смотрел на зеленые деревья" вышел в 1993 году. Примерно тогда же он перестал быть пианистом. Когда в 1998 году выйдет альбом Yesterday с музыкой композиторов Георга Пелециса, Сергея Загния и Александра Рабиновича, записанный за шесть лет до этого, Антон напишет в своем комментарии: "...я перестал отзываться на кличку Пианист, а моим основным занятием стало сочинение музыки. Занятие, впрочем, не менее дурацкое..."


- Мои диски... это же констатации каких-то моментов. Вот начинаешь жалеть, что многое не записал из того, что играл в качестве пианиста. Но не записал настолько много, что проще сказать: не записал - ну и правильно.


Впрочем, любое произведение - свое ли, чужое, но тобой сыгранное, - есть переживание. Он никогда не писал музыку специально для чего-то. Из переживания и родилась "Музыка для декабря". А из этой музыки родился одноименный фильм режиссера Ивана Дыховичного.


- Нет, это на самом деле не так. "Музыка для декабря", то есть вещь, которая так называется, была написана в декабре 93-го года, когда я был еще пианистом-композитором. Или наоборот. Творчество - это внешнее выражение некоего пути внутреннего познания, который иногда проявляется в каких-то художественных формах, иногда не проявляется... Просто я пережил какой-то важный этап. Эта музыка была написана просто так, ни для кино, ни для телевидения... сама по себе. Она была записана в декабре, и в том же самом декабре мы познакомились с Иваном Дыховичным... Тут же сложился и фильм "Женская роль"... Его даже и фильмом, наверное, трудно назвать, потому что то же самое Иван сейчас делает раз в месяц на телевидении, и называется это "Уловка 22". По его просьбе кто-то подбирает куски из разных фильмов, он что-то комментирует на ходу и убегает. Но тогда все это было в первый раз, была потрачена куча времени. А что касается "Музыки для декабря", то у Ивана был сценарий, законченный примерно тогда, когда я сделал эту вещь. Я дал Ивану послушать музыку, а он мне - почитать сценарий. Потом и от сценария мало что осталось, и от музыки... То, что вышло на диске, - это полный вариант. И, собственно говоря, просто так получилось, что на тот момент, декабрь 93-го года, мы с Иваном оказались в какой-то одной волне. Встреться мы сейчас - я не уверен, что мы бы так магически совпали. Но тогда совпали - и слава богу.


Так или иначе, они совпали, плодом чего стала странная картина, небезусловная, не во всем удачная, жанрово неопределенная, но очень интеллигентски-московская, и музыка Антона сыграла в ней, наверное, одну из главных ролей.


- Потом была еще совсем странная история - "Незнакомое оружие, или Крестоносец-2". Это очень смешная вещь, которую я действительно написал именно для этого фильма. Я ничего не буду говорить о фильме, если ты его не видел... Вот и хорошо. Так получилось, что Иван стал снимать этот фильм и дал мне прочитать сценарий, который я открыл, прочитал, закрыл... и больше не открывал. А потом сочинил музыку, которую можно назвать музыкой о кино, но никак не для кино. Опять же это такой философский опыт, то есть музыка похожа на некий стол, за которым собрались разные симпатичные ребята. Разумеется, Найман, Уильям Берд, Мартынов... И они стали рассуждать о том, что вот на дворе 1997 год, а - представляете? - кто-то еще кино снимает, а кто-то даже и музыку для него пишет... Там все такое, совершенно ни к чему не обязывающее, не пафосное, не серьезное... И главное, что здесь, раз уж так у меня приключилось для этого фильма делать музыку, то в ней сама идея, что можно заниматься таким идиотским занятием, как сочинение музыки, которая комментировала бы некий видеоряд, так вот, в этой музыке сама эта идея подвергнута абсолютному презрению. На самом деле для меня давно очевидно, что это занятие давным-давно себя исчерпало.


Такое категоричное заявление заставило меня потребовать у Антона Батагова комментарии. Они не замедлили последовать.


- Я вообще не особенно различаю какие-то свои действия, связанные с кино, и мои действия "просто так". Потому что абсолютно любую, без исключения, музыку, которую я когда-либо для чего-либо сделал, если дать человеку послушать, а потом сказать, какому видеоряду она соответствовала, уверен: никаких ассоциаций у слушателя между музыкой и видеорядом не возникнет. Так что можно абсолютно все взять из одного фильма или передачи и сунуть в другую, что я, честно говоря, периодически и делаю. Опять-таки очень смешно - и чем дальше, тем смешнее - наблюдать, что в обществе ПОЛАГАЕТСЯ считать музыкой, кино и так далее... Вот из последних таких киновпечатлений, хотя кино - я не могу сказать: "Не люблю" - оно меня не сильно интересует, скажем так, по крайней мере я не вижу ничего такого, что радовало бы меня больше, чем Дзига Вертов. После него было несколько неплохих фильмов, но как-то очень мало... Так вот, "Кундун" Мартина Скорсезе. И намного - не буду высчитывать, на сколько именно процентов, - благодаря музыке Филипа Гласса. Гласс делает то, что он делает обычно. Можно это не любить, можно говорить, что вот опять то же самое, одинаковые конфигурации, а вот тем не менее. Если придумать, что это музыка не к фильму про Далай-ламу, а про Ивана Грозного, - и это потрясающе подойдет! За исключением некоторых моментов, где традиционное тибетское пение вмонтировано. Да и то бы прошло на ура в качестве пения старообрядцев. Повыше тоном только, вот и все.


Антон не случайно начал говорить о телевидении. Два года назад все, кто знал его как серьезного музыканта и композитора, были шокированы: Антон пошел работать! И не куда-то, а на телевидение. Наверняка все помнят серию заставок НТВ с зелеными шариками. За визуальный ряд отвечал дуэт дизайнеров - Андрей Шелютто и Елена Китаева. Антон отвечал за ряд звуковой. Многие приняли эти заставки как проявление тонкого постмодернизма.


- Можно называть эти вещи разными словами - постмодернизм, ирония, все что угодно... Безусловно, все это там есть и не быть не может. А с моей стороны была музыка о телевидении, о времени и о себе, что называется. Телевидение действительно зеркало, но не кривое, а прямое до отвращения. Оно показывает наше собственное мурло: вот, смотрите, какие вы.


Год назад Антон ушел с НТВ. Ушел, но телевидение не оставил: сегодня вместе с той же командой он осваивает межпрограммное пространство РТР.


- Недавно на РТР один человек, у которого, как ни странно, оказался мой диск, просто до истерики не мог понять, какого черта я здесь делаю. После того как я записал "Искусство фуги", как это может быть, что я сочиняю какую-то десятисекундную шапку к передаче "Очная ставка"?!


Я сначала подумал: спасибо, что он так относится к моим прежним действиям, и надо бы ему все объяснить, а потом решил, что, наверное, не надо. Потому что все это исключительно мои внутренние процессы. Заканчивается одна жизнь, в которой ты доходишь до какого-то предела. После "Искусства фуги" записывать даже "Хорошо темперированный клавир" - уже шаг назад. И открывается новая жизнь, и там ты заново начинаешь осваивать некую свободу, к которой постепенно идешь... Я прекрасно понимаю, что со стороны это может выглядеть как полный идиотизм.


До сих пор эта работа - интересное для меня занятие. Я могу с помощью тех или иных звуков, во-первых, выразить свое отстраненное ощущение, отношение ко всему происходящему в телевизоре. И не надо забывать, что телевизор часто стоит на кухне, почти все время включенный. Народ оборачивается прежде всего на звук. И можно вложить в тех, кто это слышит, какую-то идею. Можно призвать к восстанию, не говорить: "Товарищи, завтра в девять возьмите винтовки и красные флаги!" - а сделать то же самое по-другому.


Конечно, Антон никаким нейропрограммированием заниматься не собирается, но ведь искус-то велик, подумалось! Это ж власть-то над умами какая!


- У меня мыслей о господстве над согражданами, боже упаси, нет. Просто я могу, занимаясь тем, что для меня интересно и важно, с какими-то неизвестными мне людьми таким способом пообщаться. Необязательно же говорить слова друг другу.


В подтверждение тезиса о независимости своей музыки, телевизионной в том числе, от места и времени ее воспроизведения Батагов собрал свои энтэвэшные пьески в один альбом, который собирался выпустить как полноценный компакт-диск. Что-то помешало, видимо, кризис. Но альбом тем не менее существует - благодаря уникальной системе CD-самиздата, запущенной другом Антона, композитором и виртуозом аудиомастеринга Сергеем Загнием. Он просто записывает свою и Антона музыку на CD-R-матрицы, снабжает их как бы буклетами, очень стильно отпечатанными на лазерном принтере, и пускает в продажу. Называется это все Zagny Edition.


- А раньше Сергей издавал свои ноты, причем в таком виде, что любое издательство могло позавидовать... В этой стране все, что касается непопсовой музыки, выходит тиражом максимум тысяча экземпляров. Или менее. А потом они продаются на таких же непопсовых концертах, и поэтому несколько человек в городе Москва имеют возможность их приобрести. В городе Санкт-Петербург их найти уже труднее. Вот, кстати, энтэвэшный диск в таком виде и существует. Длится пятьдесят девять минут пятьдесят шесть секунд, называется "Контракт сочиняльщика".


То есть устроился композитор Батагов, как видите, вполне комфортно. И делом любимым занимается, и зависеть толком ни от кого не зависит, и сочинения выпускает как хочет и для кого хочет.


- Действительно, на данный момент у меня, слава богу, есть возможность сидеть дома и заниматься какими-то вещами, не особенно думая о денежных проблемах. Могу встать, выпить кофе, включить компьютеры и заниматься тем, что будет существовать в количестве... пяти экземпляров. Или, даже потратив на что-то пару месяцев, нажму Delete - и все это перестанет существовать. Жизнь сама поворачивается таким образом, что... когда должны произойти какие-то события, совершенно неожиданные, но такие, чтобы меня повернули в правильную сторону, они берут - и происходят. У меня есть такое подозрение, что если не заниматься ерундой, по крайней мере пытаться ею заниматься как можно меньше и делать вещи, которые действительно кажутся важными, тогда эти помогающие жить моменты как-то сами всплывают.


Можно счесть, что Антон Батагов, переставший откликаться и на кличку Композитор, - человек в кино случайный. Можно сказать, что кино - случайное приложение сил для... ну, скажем, сочиняльщика Антона Батагова.



Артем Липатов

http://www.film.ru/
Следующая

Комментарии посетителей (0)
 
Голая правда
Для поднятия упавшего рейтинга утреннего шоу над которым безуспешно трудится продюсер Эбби (Кэтрин Хейгл) приглашают...
Спящая красавица
Студентка Люси (Эмили Браунинг), ищущая подработку, отзывается на странное объявление. Требуется официантка в закрытый...
О чём молчат девушки
Беспощадная отечественная калька 'Секса в большом городе'. Четыре девицы приезжает в Испанию на выходные, развеяться...
Copyright © RIN 2004-.
Rambler's Top100